Ответ в теме: Иоанно-Богословский мужской монастырь, Рязанская епархия, с. Пощупово

[протоиерей Константин Кобелев]

Дар рассудительности

Свидетельств о прозорливости батюшки сохранилось огромное количество. Но многие духовные люди не раз отмечали и другой дар старца – дар рассудительности, который святые отцы ставили еще выше всех остальных добродетелей и даров, в том числе и самой прозорливости.

Вот что пишет старец Паисий Святогорец про этот дар Святаго Духа: «Рассуждение не просто добродетель, она – корона, венец добродетелей. Каково наше духовное состояние, каково у нас качество добродетелей, таково у нас рассуждение. Рассуждение – это духовное зрение. А духовным зрением обладает тот, кто имеет очищенный ум, – таковой имеет ясность духа и просвещение от Бога».

Способность отца Авеля познавать, по благодати Божией, суть вещей духовных проявлялась необыкновенно. Иногда ищущие его советов люди признавались, что, имея сложные вопросы или варианты выбора, они, оказавшись рядом со старцем, даже не задавая вопросов, получали в сердце своем твердый и уверенный ответ, как поступить в соответствии с волей Божией в той или иной сложной ситуации. Таково было действие его молитвы.

Нередко батюшка сам отвечал на вопросы, которые приходящие к нему люди имели в своем сердце, но не успевали их задать, или смущаясь, или пребывая в нерешительности. Один монах – постриженик отца Авеля – рассказывал, как батюшка иногда приглашал его к себе и просил почитать вслух письма, которые ему во множестве присылали, и тут же рассказывал, как ответить на тот или иной вопрос, изложенный в них. Весьма часто содержание этих вопросов и ответов полностью совпадало с тем, что тревожило монаха. Несомненно, батюшка неспроста просил этого брата помочь разобраться со своей корреспонденцией…

Вообще ответы архимандрита Авеля были очень нестандартны. Его рассудительность, как мне кажется, часто сказывалась в том, что он, не желая приучать людей к перекладыванию ответственности, иногда отказывался отвечать на некоторые вопросы, этим немного смиряя вопрошателя и показывая в мягкой форме его (спрашивающего) собственное несовершенство.

Так, на один из самых распространенных вопросов, которые задают старцам благочестивые юноши и девушки, желая узнать о том, к чему их больше призвал Господь – к женитьбе или монашеству, батюшка нередко отвечал следующим образом: «Ты знаешь, чадо, возможно, Господь мне и открыл Свою волю о тебе… Но я тебе ее не скажу, так как вижу, что ты не готов еще ее понести достойно. Везде будут великие трудности: и в семейной жизни, и тем более в монашеском делании. Столкнувшись с неприятностями, ты по малодушию станешь винить меня, говоря: это, мол, отец Авель меня благословил на такой путь, а я вот теперь страдаю…»

Монашество батюшка считал, в духе апостола Павла, самым прямым и простым способом угодить Богу. Он не то чтобы убеждал своих мирских чад принимать постриги, но иногда по-детски удивлялся: как это все благочестивые люди не постригаются? Помню, как однажды я провожал его после Литургии до дома, и он с воодушевлением рассказывал мне, как хорошо быть монахом и что, пробыв монахом почти 60 лет, никогда не пожалел об этом. В доказательство он привел мне шуточную историю о том, как совсем недавно ему приснился сон, будто бы он – женатый. «Если бы ты знал, Димочка, как я благодарил Бога, когда проснулся и понял, что это сон и я – монах».

Отец Авель с величайшей любовью и почтением относился и к благочестивым мирянам, живущим семейной жизнью. Особенно он чтил многодетных, был к ним очень внимателен и всячески опекал. Батюшка вообще считал, что отсутствие многодетности в современных семьях – это одно из значительных знамений апостасийного процесса и во многом причина развала семей, процветающего эгоизма и прочих неурядиц, постигших наше Отечество.

Мне запомнилось, как однажды в монастыре к старцу подошел некий средних лет господин интеллигентного вида и громко, с пафосом, так, чтобы это услышали другие паломники, спросил: «Батюшка, что ж это происходит?! Почему нас, русских людей, так все обижают и жить нормально не дают?!» На что отец Авель вместо ответа спросил его: «А где твои дети?» Мужчина, смутившись и, видимо, сразу поняв, к чему старец спрашивает это, что-то невнятно пробормотал про единственного сына, на что батюшка и резюмировал, строго сказав, что в этом-то и есть большая часть нашей общенациональной проблемы: один – максимум, два ребенка в семье.

• Ответ изменён 10 лет, 2 месяца назад пользователем протоиерей Константин Кобелев.
• Ответ изменён 10 лет, 2 месяца назад пользователем протоиерей Константин Кобелев.